Ни ложно, ни истинно

Аделька общается в ватсапе с подружкой. Та ей шлёт аудиосообщения, а моя с исключительной настойчивостью в ответ медленно печатает текстовые сообщения.

Недавно заглянула ко мне в телефон, а там в этот момент пришло аудиосообщение от её крёстной. У Адельки расширяются глаза, и она в неподдельном удивлении спрашивает: «Мама, а тётя Олеся тоже совсем не умеет читать/писать?!»

Теория про мертвую лошадь показательна, вывод как-то с ней не соотносится. Инвалиды не могут перестать быть инвалидами, аутисты — аутистами, многие толстые — толстыми (ввиду заболеваний толстыми), негры — неграми и так далее. То есть «слезть с лошади» в их случае просто не получится. Единственное, что общество может сделать для них, — это меньшее давление на них оказывать. Вот для того и называют людей страдающими от..., афроамериканцами и т. д.

Другое дело, что часть общества добровольно принимает на себя образ жертвы, чтобы выделиться, чтобы примкнуть к той или иной группе, делают, например, себя инвалидами, примыкая к трансам, например. Теперь оставшуюся часть жизни можно ходить и размахивать отрезанными частями тела, поднимая их на стяг придуманной борьбы. Чему активно способствовала предыдущая администрация. Потому что, как выше было верно сказано, такими проще управлять.

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий

https://t.me/breege_time_20zz/44759

Очень девушку просто понимаю, тоже мне такое не подходит. Работаю только от безысходности.)))

sedov_05 Про Трампа.

Не даёт мне ЖЖ свои комментарии автоматом переносить. Так что всё сама ручками.

Не помню уже, у кого читала, но кто-то обосновывал, почему Трамп закончит войну. И там было одним из пунктов, что человек искренне по-христиански страдает из-за количества убитых. Мол, Россия — это бездуховность, а вот Америка вся такая набожная, для американца Дональда всё это не пустой звук.

По-моему, Трамп — пример из русской же поговорки: «Для красного словца не пожалеет ни матери, ни отца». Ну вот обещал закончить войну, обещал прекратить тратить деньги на всякое ненужное и вернуть уже потраченное и т. д. Теперь надо зафиксировать как минимум, что я пытался, а лучше одержать медийную победу. Вот всё, что его команда пока делает, — это чистый популизм, и надо это понимать. Ему нужно (программа-минимум) найти виноватых, из-за которых мир не состоялся. Пока виноватой назначается Украина, но завтра Трамп может подпрыгнуть и в прыжке переобуться, и это будем снова мы. Программа максимум при этом как у дельца что-то поиметь материальное в компенсацию за потраченное, а в остальном дела индейцев шерифа не касаются.

Итак, я пошла дальше по лёгкой дорожке увлекательного чтива по имени Катя Качур. После её «Желчного ангела» взялась за её же «Любимчика Эпохи».



Книга так же с первых строк погружает в мир живых и мир мёртвых. Написана она более насмешливым тоном, чем «Желчный ангел», отчего создаётся впечатление, будто автор пишет её на спор с самой собой (удастся ли рассказать такую историю, чтобы не скатиться в слёзодавительность). Говорить о серьёзных и зачастую трагичных событиях, не теряя присутствия духа, тоже надо уметь, и у Качур это получается.

В начале романа мы обнаруживаем себя вместе с одним из главных героев романа 50-летним Родионом на его собственных похоронах, где он внимательно следит за своим братом Ильёй, с которым у них всегда были весьма сложные отношения. ( Read more... )

Цитата из книги А. Ланькова "К Северу от 38й параллели", которая рассказывает о повседневной, политической и культурной жизни КНДР с момента основания республики и почти до наших дней.


3 декабря 2002 года в столице Вьетнама Ханое состоялся роскошный свадебный банкет, куда пришла почти тысяча гостей. Жених и невеста не были кинозвездами или детьми какого-нибудь большого начальника (впрочем, жених был начальником сам). Были они немолоды: им обоим было за 50. Однако это событие стало действительно необычным: в 2002 году в Ханое был заключен первый за многие десятилетия официально одобренный брак между гражданином Северной Кореи и иностранцем.

Ли Ён-хи познакомилась со своим будущим мужем, вьетнамцем Фам Нгок Канем, в 1971 году, когда тот учился в Северной Корее. Это была любовь с первого взгляда, и, собираясь домой, он пообещал жениться на ней. Тогда это казалось невозможным. Действительно, в немногих странах правительство относилось к смешанным бракам так плохо, как в Северной Корее в 1960–1980-х годах.
( Read more... )

Магический реализм вообще не моя тема. Ну, ладно, есть три исключения: "Мастер и Маргарита" Булгакова, читать тут, хотя я и не фанат, "Петровы в гриппе и вокруг него" Сальникова читать здесь и очень условно, скорее это фантастика, "Свет в окошке" Логинова (пока у меня нечего читать по теме, но очень рекомендую саму книгу). На этой неделе в мой столь короткий список добавилась ещё одна книга. Ею стал роман "Желчный ангел" Кати Качур.

У писательницы образный и богатый язык, что само по себе большая редкость в современной русской литературе. При этом она не пересекает тонкую грань, когда красота текста переходит в его украшательство. Герои книги не раздражают своей однозначностью, автор не скатывается к описанию типажей или навешиванию ярлыков. Её персонажи будто живые встают перед вами во весь рост.

( Read more... )

Книга для книжного клуба, которую я уже почти было бросила, но решила слушать аудиоверсию на скорости х 2 . И удивительное дело после 40% текста в ней появились какие-то мысли и действия героев стали похожи на действия нормальных людей, с соответствующей им мотивацией, а не на глупых абстрактных болванок выдуманных для отыгрывания своих ролей в сюжетной линии.

Начинается всё просто: два совсем молодых человека (он и она — чтобы никаких инсинуаций))) заселяются в почти что сквотинг, но с налётом чикагского Монмартра и по случайности окна их квартир оказываются друг напротив друга на расстоянии не более полутора метров. Он — молодой подающий надежды фотограф, она — ассистентка профессора в лаборатории по исследованию плацебо. Оба наблюдают друг за другом украдкой. И каждый придумывает себе из того что видит идеальный образ, который отвечает огромной личной потребности полюбить кого-нибудь. К кому-то прильнуть и не отлипать. Друг другу они кажутся самодостаточными и независимыми, а по прочтению книги выяснится, что это два недолюбленных ребёнка и больше всего они похожи на рыбок-прилипал, ищущих себе хозяина.

В общем, я тебя слепила из того что было, а потом к себе что было, то и прилепила. Убогонькая такая романтическая история. От наивности первых детских любовных впечатлений человека среднего возраста неизбежно коробит и он (я) думает, когда же начнётся треш.

Не думаю, что кто-то повторит мой подвиг и прочтёт книгу почти до середины, чтобы наконец услышать зачатки разума в речах героев. Так что расскажу что было дальше, но не полностью вдруг кому-то захочется начать читать с середины. :)

( Read more... )

Во второй или даже третий раз попадается на глаза стих "Шут на троне короля" приписываемый интернет-сообществом Роберту Бёрнсу.


Как жалок шут на троне короля,
Как глуп народ, который то позволил!
Страною правит шут чуть-чуть шаля,
Народ смеется, мучаясь от боли.


Шут позабыл про то что обещал
Он обещал народу мир и счастье,
Но первым делом землю он продал,
Всем тем кто близок оказался к власти.


Как жалок шут на троне короля,
Как глуп народ, который то позволил
Вращается по-прежнему Земля
Ну а народ - народ наш шут уволил."
"Как жалок шут, на троне короля,
Как глуп народ, который то позволил".

Точнее чаще цитируют первые две строчки. Примерно в такой подаче.

Каждый раз думаю, ну, фигня какая-то, ни мелодики Бёрнсовской нет, ни иронии, да и темы совсем не для этого поэта. Бёрнс о чём писал? Про любовь, про простых людей, о природе ещё. А тут явный какой-то политический памфлет причём с такой мрачной коннотацией в совершенном диссонансе с обычной поэтической лёгкостью автора. Я уж молчу про исторические реалии, каким образом народ в Шотландии мог в XVIII веке что-то кому-то позволить...


( Read more... )