stihya | Два билета в один конец. (Reply)

Когда я умер, не было никого, кто бы мог это опровергнуть.
Егор Летов

Стояла прекрасная весенняя погода, светило яркое солнце, птички насвистывали мелодию с диска "Звуки живой природы". Я шла в направлении автобусной остановки, в голове копошились бытовые мысли : "аджика - сыну, футболка – мужу ?", когда, незаметно для себя, я переступила то, что петербуржцы называют поребриком и оказалась на проезжей части.

Ничто не предвещало беды кроме ужасного визга тормозов и бампера Volvo S-80 в сантиметре от моего бренного тела. Последняя циничная мысль, промелькнувшая в моей голове, была посвящена водителю: ему придётся отскабливать остатки моего тела со своей машины и к тому же я сейчас помну ему капот до состояния полной не восстанавливаемости. После этой мысли последовал глухой удар, тело моё подлетело на несколько метров верх затем вперёд, от удара оторвалась голова и покатилась под бугор в сторону автобусной остановки. Послышался невыносимый женский крик. Визжала женщина лет 45 ти, визжала, указательным пальцем тыкая в сторону моей оторвавшейся головы, визжала следующее: «ААААА, Голова, ааааа, голова». И даже в этой сложной ситуации чувство юмора не изменило мне, моя оторванная голова томно подняла глаза и сказала: «Да уж, не жопа». Женщина потеряла сознание, а голова с чувством выполненного долга закатила глаза и сдохла.

Хотела бы я вам рассказать, как я вознеслась над своим телом и полупрозрачная смотрела на всё со стороны, но чего не было, того не было.
Очнулась я (ну не совсем я, а моя голова ) в каком-то странном и тёмном помещении поблизости, в метре не больше, валялось моё тело. Тело, как и голова, было живое, насколько это вообще возможно констатировать наличие жизни в теле с оторванной головой. Я раздумывала о том как позвать тело к голове, чтобы последняя заняла своё законное место на плечах. Я находилась в состоянии креативного размышления, о том как обозвать моё тело. Обращение из разряда «Эй, ты тело, иди сюда» отпало само собой, оно могло подумать, что это я не к нему обращаюсь. Потом были ещё какие-то варианты, но самая умная мысль пришла через несколько минут и тут я ощутила себя полной дурой: «Блять, уши-то на мне, оно же ни черта не слышит!!! Вот чёрт, что же делать-то ». Хотела почесать в затылке – тело подняло левую руку и сделало характерное движение, почесав воображаемый затылок. Дальше было дело техники: я подобрала свою голову и водрузила её на плечи. Однако её пришлось придерживать руками, она то и дело пыталась упасть и в конец разбиться. Держать голову наверху было неудобно поэтому я положила её в сумку (шучу), подмышку и пошла себе потихонечку искать и разбираться. Учитывая то, что благих намерений у меня не было, в ад меня занести не могло…

"Наверное я умерла?! Постой, постой... у тебя что ещё остались какие-то сомнения по этому вопросу??? Ну ты даёшь!!! Ответственно заявляю: ты умерла, натурально, бесповоротно, бесперспективно скопытилась, да девочка бывает и такое."

Боже мой, что это ползёт из моей шеи?! - из шеи через горло выползло существо отряда членистоногих, при более тщательном рассмотрении было установлено: "таракан!!!". Таракан обернулся, посмотрел в мои чистые глаза выпуклыми зёнками, шевельнул усиками, чуть отполз, встал на задние лапки и сделал знак: "Братва за мной!" То что последовало дальше не поддавалось никакому описанию. Братва не заставила себя ждать и из моего горла повалил сонм необычных тараканов. Неужели я уже гнию? Да нет это наверно те тараканы, которые у каждого свои. Точно-точно. Вон и мои совсем необычные чёрные в жёлтую крапинку.

-Эй, тараканы, стоять, то что я померла ещё не повод со мной расставаться, а ну-ка быстро пошли обратно в бошку, а то ейбогу всех по очереди передавлю.

Предводитель моих необычных тараканов тяжело вздохнул, сделал неопределённый жесть собратьям и стройные шеренги тараканьих лапок засеменили в сторону моей шеи (возвращение блудных тараканов было безусловно приятным, мне снова удалось ощутить себя полноценной и неповторимой личностью). Можно было продолжать мой нелёгкий последний путь.

Шла я по тёмному коридору, в самом конце которого моргал неопределённый источник света. Все двери в коридоре к которым прикасалась моя свободная рука были заперты, оставалось идти на свет. Интересно может быть это как раз тот свет в конце туннеля, о котором рассказывают пережившие клиническую смерть? Хотя как-то не вяжется он с туннелем: коридор он и есть коридор, не больше не меньше (совсем такой обычный, как в каком-нибудь гос. учреждении).

С каждым шагом приближавшим меня к светлому пятну, я всё отчётлевее различала какие-то голоса, непонятный и неясный шум. За поворотом, в мигающем свете обычной электрической лампочки, я обнаружила огромных размеров дверь, за ней наперебой задавали вопросы, кричали, возмущались, перебивали. Не задумываясь, я толкнула дверь вперёд, куда-то провалилась и оказалась в просторном светлом помещении, потолок, которого затерялся в области недосягаемой моему взору. В помещении было полно народу человек шестьсот-восемьсот не меньше, стоял невероятный гвалт. Дверь за мной закрылась с громоподобным грохотом, который эхо разнесло и передало на тысячу ладов по всему залу. Люди как один замолчали, повернулись ко мне и в едином порыве выдохнули: "Ещё одна!"

Я опешила, а окружавшие меня люди повернулись в сторону сцены, на которой стоял прелестного вида юный ангел, с чертами Тома Круза. Он был в широком белом балахоне, на плечах его красовались эполеты, что несомнено являлось показателем его архангельского статуса. Из-за спины сереафима выглядывали белоснежные гусиные перья. Это чудо природы яросто говорило, распалялось, лицо его переливалось яркими красками. Он что-то горячо доказывал собравшейся толпе, но для меня его слова тонули в какой-то неизведанной бездне, не дстигая моих ушей. Очнулась я когда он сказал: "Я всё сказал, теперь дело за вашими ангелами-хранителями". Серафим развернулся и покинул сцену. И тут откуда не возмись в зал хлынула бело-ангельская волна. Я увидела как от этой толпы отделился плюгавинький лысый мужичок с красныи носом и кривыми ногами. Он направил свои благословенные стопы в моем направлении. Он смотрел на мою оторванную голову с нескрываемым отврещением и это чувство было взаимным .

Над его головой медным блеском сиял погнутый ангельский нимб. При более близком рассмотрении мною было установлено что нимб был просто напросто прибит крупными гвоздями к лысине героя. Всё в этом существе выдавало старого прапорщика. "Здрасьте, разрешите представится ангел-хранитель третьего ранга, идентификационный номер Я-45370. Приписан к Вам с младенческого возрата". "Чем же я обязана такому счастью?" - сказала я, а про себя подумала о том, что удивительно, что с таким небесным защитником я не умерла ещё в грудном возрасте. "Как я понял Вы опазадали и не слышали пламенной речи нашего наставника..." "Ой я так торопилась, так спешила её улышать, что не применула попасть под машину, оторвать себе бошку и пролететь несколько метров по вертикали". "Господи, всемогущий вразуми эту женщину. Как же мне с Вами тяжело. Вы хотя бы знаете почему здесь окзались? " "Здесь = это где? Я между прочем не знаю даже где я." Ангел-мужичок побагровел и чувствовалось, что сейчас он начнёт брызгать слюной и орать. Но он сдержался: "Это чистилище и попали Вы сюда, потому что небесная канцелярия ещё не решила, что с вами делать"